Версия для слабовидящих

Возвращение добрых имен

 

            День памяти жертв политических репрес­сий установлен решени­ем Верховного Совета РСФСР в 1991 году и еже­годно отмечается 30 октя­бря. Эта дата посвящена политзаключенным, не­справедливо осужденным по обвинению в антисо­ветской деятельности и шпионаже. 30 октября – это День памяти о милли­онах искалеченных судеб, о людях, расстрелянных без суда и без следствия, о людях, отправленных в лагеря и ссылки, лишён­ных гражданских прав за «не тот» род занятий или за пресловутое «соци­альное происхождение». Клеймо «врагов народа» и их «пособников» легло тог­да на целые семьи. Давайте только вдумаемся: милли­оны людей погибли в ре­зультате террора и ложных обвинений. Миллионы были лишены всех прав, даже права на достойное человеческое погребение, а долгие годы их имена были просто вычеркнуты из истории.

Для восстановления справедливости многие имена реабилитированы государством. В Республи­ке Бурятия этим занимает­ся прокуратура республи­ки. Многим погибшим и их семьям возвращены их добрые имена.

            По данным отдела со­циальной защиты по Тар­багтайскому району в рай­оне проживает около 35 льготников, которые име­ют категорию «репресси­рованы по политическим мотивам, впоследствии ре­абилитированные».

            - Эта дата очень печаль­на, – начинает разговор председатель Совета ве­теранов Тарбагатайского района М.А. Хамуев. – Вот с 21 октября объезжаю всех, кто у нас пользуется льготами реабилитирован­ных. Скажу честно, при­езжаю внезапно, никого заранее не предупреждаю, люди встречают с тепло­той. Разговаривают, вспо­минают. Многие живут одни, но, как у нас гово­рится, «дети доглядыва­ют» – либо живут рядом, либо приезжают. Старики не такие уж и одинокие. Рады оказанному внима­нию. У нас ежегодно вы­деляются небольшие сред­ства по целевой районной программе «Социальная политика в МО «Тарбага­тайский район».

            Михаил Арсентьевич тут же предложил про­ехать к Андрону Тимофе­евичу Рымареву, уроженцу Большого Куналея. Сегод­ня Андрон Тимофеевич вместе со своей женой Прасковьей Политовной проживают в Тарбагатае у дочери. Встреча полу­чилась теплой. Конечно, все пережитые тяготы того времени вспоминаются с неохотой, но ничто так не вечно, как память.

            В семье Тимофея Пла­тоновича Рымарева было три дочери и сын. С женой Марией Колистратьевной растили детей, работали в колхозе и как и все со­ветские семьи надеялись, что в скором будущем «по­строят социализм». А беда пришла, когда её совсем никто не ждал. По чьему-то злостному доносу Ти­мофея Платоновича аре­стовали осенью 1937 года, когда он был на лесозаго­товках. Дальше – «десять лет без права переписки». Чуть позже арестовывают еще двух братьев Тимофея Платоновича – Дениса и Алексея.

            - На жизни семей ка­ким-либо образом это от­разилось, были ли даль­нейшие преследования?

            - Нет, как-то «тихо» с нами обошлись. Из дома нас не выгоняли, дома не отбирали – все остались на своих местах. У нас вот только дробовка была – её и забрали, больше брать нечего было. В школе от­учились, я в город уехал на столяра в ФЗО учиться, только особо не нравилось мне там, часто убегал. В деревне лучше было, по­этому пастухом начал ра­ботать в колхозе.

            В 1942 году Андрона Тимофеевича призвали в ряды Красной Армии. Во­евал на Восточном фронте, имеет боевую награду «За победу над Японией».

            Уже после войны род­ственники узнали, что дядька Алексей был рас­стрелян почти сразу же после ареста, а вот Денис Платонович, отсидев 10 лет в лагерях, вернулся до­мой.

            - Тогда семья как бы «брала на поруки», то есть поручалась за отсидевшего и только после этого его отпускали из лагерей, – до­полняет рассказ мужа Пра­сковья Политовна.

            От отца в 1947 году было письмо, что отправ­ляют их в Казахстан. А дальше неизвестность… Чуть позже семья узнаёт о том, что во время пути в Казахстан Тимофей Плато­нович умер.

            - Так и не довелось нам больше увидеться с отцом, – заканчивают свою семей­ную трагедию чета Рыма­ревых.

            Конечно, осталось чув­ство горечи и невоспол­нимой утраты от того, что всю жизнь по чьему-то доносу семьи были лише­ны мужского плеча: дети отцовской поддержки, а жены той самой надежной непробиваемой стены.

            В свой юбилейный год Андрон Тимофеевич держится молодцом. Как всегда скромничает, а по всему видно, что всё же приятно, что его не забы­вают, навещают. Доброго вам здоровья, Прасковья Политовна и Андрон Ти­мофеевич, и долгие вам лета!

Андрон Тимофеевич и Прасковья Политовна, 1952 год

 

 

Юлия Соколова, фото из семейного архива Рымаревых.